Малые предприятия, которые занимаются собственным производством, это самый нужный людям и самый трудный для предпринимателя вид бизнеса.

Малые предприятия, которые занимаются собственным производством, это самый нужный людям и самый трудный для предпринимателя вид бизнеса. Чтобы его начать, необходимо знание технологий и постоянные заказчики. У Владимира Царевского не было ни того, ни другого, однако он решил рискнуть – открыл собственный литейный цех.

Тебя будут строить до конца дней

- Владимир, расскажите, как вы решили начать свое дело?

- Когда я работал на преддипломной практике, понял, что не выношу, когда надо мной кто-то стоит, это очень угнетает. Работая в нескольких торговых компаниях, думал, что хочу дослужиться до заместителя директора. А через некоторое время понял, что есть собственник, который нагибает директоров так же, как менеджер продавца. Осознание того, что тебя будут строить до конца дней, отпугивает, я решил рискнуть.

- И что вы сделали?

- Я сказал другу, который оказался в такой же ситуации: фирма зарегистрирована, есть оборудование, давай попробуем.

- Что это была за фирма?

- Началось все интересно. Муж моей сестры решил открыть какой-нибудь бизнес. Выбрал литейное производство. Денег было немного, их хватило только на печи. Лить никто не умел, поэтому деверь скоро отвалился, сказал: « Я вижу, что это не перспективно, и заниматься этим не собираюсь».

Потом мы распугали клиентов

- Потом за дело взялись вы с другом?

- Потом мы распугали клиентов своим качеством. Теперь уже их последователи рассказывают им про нашу литейку, те проверяют и говорят: «То, что вы делали раньше, и ваша нынешняя работа - это небо и земля».

- Как вы добились этого?

- Было очень сложно все собирать по крохам, особенно, если некому тебя научить. Ты зарабатываешь право на изготовление каких-то вещей своими ошибками и своим потом.

- Вы ведь учились на литейщика. Образование не помогло?

- В соседнем с нашим помещении находилась другая литейка. Ее руководитель был доцентом кафедры литейного производства, он говорил чудовищно неправильные вещи и просил нас делать сложную работу за него. Иногда теория абсолютно противоположна практике.

Дешевле нас не делал никто

- Что самое сложное при организации такого бизнеса?

- Главное собрать печки, это делают печники. Где брать материалы, мы спрашивали у знакомых, а технологию отрабатывали на ходу. Учились определять температуру металла на глаз.

- Но, начиная бизнес, вы ведь рассчитывали на каких-то заказчиков?

- Нет, это был прыжок в омут головой. К тому времени, когда я окончил институт, у нашей конторы остался всего один заказчик. Он терпел все наши косяки, на его заказах мы и учились лить. Когда научились, заработало сарафанное радио.

- А почему последний клиент остался?

- Из жадности. Дешевле нас не делал никто.

- Конкуренты не обижались на демпинг?

- В художественном литье все со всеми на дружеской ноге. Всегда можно позвонить, занять материалы или кинуть часть заказов, когда самому не съесть.

- Что тогда вас пугало больше всего?

- Страшнее всего было то, что нечего будет есть. Чаще всего литейки открываются так: руководителю производства, который знает технический процесс и рабочих, поступает заказ. Менеджер кидает высшее руководство, берет заказ себе, уводит команду и под аванс открывает новую литейку. Самое страшное - это открыть производство без заказов.

Нам такое не по зубам

- Расскажите, где вы берете специалистов?

- Звонит знакомый руководитель литейки, рассказывает, что у него уволился хороший рабочий. Не получил деньги за три месяца, заказов не было. Директор советует мне взять на работу своего бывшего подчиненного.

Иногда звонит художник, рассказывает, что из некой компании ушел литейщик, говорит:

«Если он придет к вам, я  принесу заказ». Кадры решают все.

- И это общая практика для вашей сферы?

- Мои знакомые поднялись, когда из «Монумента» (от Церетели) ушла целая бригада. Люди умели лить шестидесятиметровые памятники, нам такое не по зубам. При этом из «Монументскульпутры» все разбегаются, там зарплата маленькая. Пришли обработчики с бригадиром, литейщики с бригадиром. Лет двадцать новый владелец на них сидит, и все у него очень хорошо.

Малый бизнес мертв

Почти четверть малых предпринимателей России убеждены, что положение дел в малом бизнесе безвыходно, следует из опроса, проведенного специалистами медиаходинга  «ОПОРА-Кредит». Кредитование в такой ситуации не столько невыгодно, сколько бессмысленно.

В любой момент предприятие могут разорить, пользуясь «бульдозерным правом», говорят бизнесмены.

Согласно опросу, 33,6% предпринимателей считают, что для улучшения положения в малом бизнесе правительству следует субсидировать начинающих бизнесменов. 25,6% уверены, что необходимо понизить процентную ставку по кредитам. Около 16% говорят о том, чтобы снизить налоги. 23% процентов респондентов заявляют  «Все плохо, ничего не поможет» и «Малый бизнес мертв».

Кризис сделал невозможной реализацию заявок на «длинные» кредиты, констатируют в «ОПОРЕ-Кредит». «Проблемы доступности финансов для стартапов и жестких условий кредитования, в частности высокая процентная ставка, являются, по мнению предпринимателей, наиболее острыми, — комментирует результаты опроса генеральный директор медиахолдинга Андрей Кузнецов. -  Другой острой проблемой остается срок кредитования. По нашим оценкам, количество выдаваемых долгосрочных кредитов сократилось в кризисные годы более чем в 20 раз. Если раньше каждый пятый запрос в банк на получение долгосрочного кредита был удовлетворен, то в 2009 году процент реализации заявок на «длинные» кредиты упал практически до нуля».

В микрокредитовании, по данным Российского микрофинансового центра, в первом квартале 2010 года тоже продолжилось снижение финансовых показателей. Впрочем, ситуация в Петербурге остается несколько лучше, чем в целом по стране.