Научный бизнес с секретом
— Какие возможности вам как учёному дало новое законодательство?
— Специфика применения закона заключается в том, что вузами передаются в уставной капитал ООО или ЗАО права на использования результатов интеллектуальной деятельности (РИД), например, патентов. Вникнув в сущность 217 ФЗ, я сразу понял, что такую возможность упускать нельзя; мы максимально оперативно подготовили весь комплект документов и начали регистрацию до майских праздников 2010 года, что и позволило воспользоваться преимуществами нового законодательства.
— Закон вышел летом 2009 года — потребовался целый год для оформления документов?
— Дело в том, что в первые месяцы после принятия этого закона не было методической базы для его применения. Потом вышли рекомендации Министерства образования о том, как применять этот закон. Сложности были и с другой стороны. У вуза, например, не существовало адекватной для возникшей после принятия 217 ФЗ ситуации системы учёта результатов интеллектуальной деятельности, так что будущим учредителям совместно со специалистами-патентоведами ЮФУ пришлось на ходу вырабатывать все необходимые процедуры учёта РИД. При этом времени было крайне мало. Поэтому в первую очередь рассматривались те формы научных результатов, которые не требовали госрегистрации, занимающей значительный период времени. Мы остановились на ноу-хау.
Шпионские штучки
— Как это выглядит на практике, в какой форме ноу-хау передавалось вузом в уставной капитал?
— О, это отдельная история. Опять-таки не было методики, как написать ноу-хау. Поэтому мы придумывали и отрабатывали на себе и саму методику, и форму прописания ноу-хау. Возникла и необходимость обеспечения режима секретности — соблюдения коммерческой тайны. Описание ноу-хау должно быть составлено и где-то храниться в секрете в течение срока действия лицензионного соглашения, а он составляет от 5 до 10 лет. И сразу возникает вопрос: можно ли на обычном компьютере печатать сам текст ноу-хау?
— Как был решён вопрос секретности?
— Я вспомнил, что ещё в советское время существовали спецотделы, которые следили за сохранением режимов секретности. По их рекомендации, на выходные и праздники пишущие машинки следовало прятать в сейфы. И я в шутку предложил напечатать наше ноу-хау на печатной машинке, а готовый текст ноу-хау вместе с использованной печатной лентой хранить в сейфе. Идея понравилась, и, взяв её за основу, мы решили проблему секретности без существенных затрат средств и усилий.
— То есть по тексту ноу-хау можно воспроизвести результат?
— В идеале, конечно, да. Если этого сделать нельзя, значит, это не ноу-хау.
— Получается, что вуз передал в уставной капитал несколько листков бумаги, на которых было прописано ноу-хау?
— Да, в запечатанном конверте, хотя для согласования всех формальностей в ЮФУ нам пришлось потратить очень много сил и ещё больше времени. Ноу-хау — это алгоритм пакета программ для анализа данных электрических измерений в твёрдых телах с ионной и ионно-электронной проходимостью. То есть не сама программа в виде кода является ноу-хау, а именно её алгоритм. Поэтому программы, написанные на его основе, можно продавать сколько угодно, но сам алгоритм и права на него остаются у нас. По самой программе воспроизвести её алгоритм практически невозможно, даже если восстановить её код, так как писал его не программист, а ученый-исследователь из очень специфической отрасли научного знания.
Цена тайны
— Как оценивалось ноу-хау при передаче его в уставной капитал?
— Тут не пришлось изобретать велосипед: ещё в 2007 году мой партнёр по предприятию, автор алгоритма — доцент химического факультета Игорь Шукаев выполнил по служебному заданию ЮФУ в рамках государственного гранта на исследования работу, в результате которой возник тот самый алгоритм. Поэтому, опираясь на методику Министерства образования и науки РФ, оценить результат не составило труда — это зарплата, выплаченная исполнителям гранта, то есть где-то около 30 тысяч рублей.
— ЮФУ выступил соучредителем, теперь вуз будет получать треть прибыли компании?
— Сразу же, на этапе организации, возник вопрос уплаты и роялти вузу как владельцу ноу-хау, и части прибыли — как соучредителю. В нормальных фирмах такого обычно не бывает: либо вы получаете роялти, либо прибыль — как учредительский доход. По сути — это конкурирующие показатели при исчислении доходности. Мы объясняли в ЮФУ, что и дух, и буква 217 ФЗ — в капитализации в инновационных предприятиях части интеллектуального капитала, результатов научно-исследовательской деятельности с целью формирования инновационной экономики. А тут со стороны вуза сразу же ставился вопрос получения части прибыли. И это вопрос скорее психологический. В ЮФУ на полном серьёзе обсуждалось, как из частного предприятия прибыль будет передаваться в бюджетную, по сути, организацию. А ведь задача нововведений в законодательстве как раз и заключается в том, чтобы накапливать прибыль в таких малых предприятиях, а не забирать её оттуда. Так что много времени заняли определение параметров роялти, выбор методики расчётов, её согласование с представителями ЮФУ. В итоге был согласован наиболее простой вариант договора.
Инновационные приборы
— Какая инновационная деятельность развивается в компании?
— «Два Тэта» осуществляет НИОКР и выпуск готовой инновационной продукции в области новых активных функциональных материалов, устройств и разработки методик исследования для новых источников тока — литиевых аккумуляторов, систем энергосбережения в быту, ЖКХ и малом бизнесе. Есть проекты в области контроля свойств материалов, используемых в промышленном производстве, продуктов сельхозпереработки и продуктов питания, природных и биомедицинских объектов.
Одним из перспективных направлений является разработка измерительных приборов для определения влажности некоторых материалов — например, зерна. Приборы функционируют с использованием записанной в микросхему программы, основанной на алгоритме, содержащемся в нашем ноу-хау. Это направление весьма актуально для Ростовской области, так как хорошо известно, например, что цена зерна зависит от содержания в нём влаги. В объективности таких измерений заинтересованы в первую очередь элеваторы, зернотрейдеры, сельхозпроизводители. Так что спрос на подобную продукцию обеспечен. Известен анекдотический случай, когда иностранной компании было выгоднее посылать образцы сельхозпродукции самолётом в Германию на лабораторные исследования, чем организовывать подобный анализ в Ростове-на-Дону. Мы также ведём работу над универсальными приборами, обладающими необходимым уровнем правильности, точности и достоверности измерений.
— Предприятие уже вышло на серийное производство измерительных приборов в каком-то направлении?
— Нет, мы ещё не приступили к серийному производству. Пока мы находимся на стадиях разработки, тестирования и адаптации приборов к применению в полевых условиях.
— За счёт чего тогда идёт финансирование?
— Мы выполняем ряд НИОКР по бюджетным заказам, проводим ряд исследований по грантам, в том числе проект «Разработка интерактивного интеллектуального экспертного программного обеспечения мессбауэровского фазового анализа для контроля коррозионных процессов в теплообменных контурах АЭС и других объектов теплоэнергетики», поддержанный фондом Бортника. Эти направления деятельности и кормят научные исследования по созданию измерительных приборов на текущей стадии. В будущем и это направление станет доходным. А пока мы создаём бизнес, как бы не покидая стен университета, что напоминает учёбу без отрыва от производства. Ведь одна из задач, которую поставило государство перед собой, и для чего собственно был принят 217 ФЗ, — это осуществить приватизацию в научной сфере без глобального разворовывания, позволить инвестору проникнуть в закрытое для частного капитала пространство научной жизни. Хотя методически до конца этот вопрос ещё далеко не проработан и потребует огромной работы как научных и образовательных учреждений, так и госструктур.
23/03/2011
.