Как предприниматели договариваются с инспекторами о суммах налоговых недоимок?
«К нам пришли налоговики с выездной проверкой и сразу дали понять, какую сумму доначислений хотят получить — около миллиона. Это нормально? У кого-нибудь такое было?» - спрашивает один из предпринимателей на популярном форуме klerk.ru.
Как оказалось, такое было у многих. Например, Ольга, главный бухгалтер организации, чья деятельность связана со спортом, рассказала Forbes, что две выездные проверки из трех прошли у нее именно по такой схеме: «Если налоговики адекватные люди и готовы договариваться, то мы только рады. Суммы в обоих случаях были меньше миллиона». На ее взгляд, ничего зазорного в подобных «джентльменских» соглашениях нет: ведь инспекторы кладут деньги не себе в карман, а перечисляют в бюджет.
На условиях анонимности бывший налоговый инспектор рассказал Forbes, как он и его коллеги определяли, с кем из предпринимателей можно договориться: «Такие приемы практикуются со «сговорчивыми» компаниями, которые боятся выявления серьезных нарушений или просто не хотят ссориться с налоговой. Самый простой способ — якобы потерять «первичку», то есть акты приемки-передачи товаров, работ или услуг, накладные или счета-фактуры. В отдельных случаях проект акта выездной налоговой проверки готовит бухгалтер компании, которому проще «найти нарушения» на заранее оговоренную сумму».
Особенно распространенной эта практика стала в последние три года. Дело в том, что в мае 2007 года руководство Федеральной налоговой службы разработало Концепцию планирования выездных проверок. Суть документа сводится к тому, что инспекторы, руководствуясь специальными критериями, должны из всей массы компаний выбирать только подозрительные и именно им назначать ревизию. Критериев одиннадцать, и они также официально опубликованы. Среди них — низкие зарплаты в организации, убытки, значительная доля налоговых вычетов (относительно выручки), выстраивание цепочки посредников, частая «миграция» компании между разными инспекциями и даже регионами.
Чиновники очень довольны своей концепцией. Теперь они наказывают налоговиков, чьи проверки не принесли бюджету больших денег — ведь это значит, что ревизоры ошиблись с объектом. Очень быстро призыв начальства «Идите туда, где есть нарушения» в территориальных инспекциях трансформировался в «Раз пошли, возвращайтесь с деньгами».
«Руководство ФНС, видимо, представляет себе этаких яйцеголовых инспекторов-интеллектуалов, которые щелкают по клавиатуре и математически точно выявляют нарушителей. Но это совершенная утопия! — говорит Михаил Орлов, налоговый адвокат, председатель экспертного совета при Комитете Госдумы по бюджету и налогам. — На «территориях» сидят люди, интеллект которых заставляет усомниться, что у них есть высшее или даже среднее образование. Какой предпроверочный анализ, вы о чем? Они «методом тыка» выбирают компанию из базы, говорят себе: «я здесь должен получить 5 млн согласно разнарядке» — и бодро идут. Понятно, что идут в приличные фирмы. Потом, согласитесь, куда лучше сидеть в офисе солидной компании и перебирать аккуратные подшивки первичных документов или изучать изготовленные в электронном виде налоговые регистры , чем искать подпольную фабрику водки, которая налогов не платит вообще, а ее директор имеет вид уголовника и с которой живыми они не выйдут».
Формально зарплата инспектора не зависит от итогов ревизии. Но только формально. Кроме оклада существуют так называемые средства материального стимулирования сотрудников» У тех, кто работает в отделе выездных или камеральных проверок, повышающие коэффициенты напрямую зависят от величины найденных недоимок. Размер «материального стимулирования» может во много раз превышать основную зарплату.
Сколько получают инспекторы? Например, государственный налоговый инспектор в отделе выездных проверок московской ИФНС №6 получает до 12 000 рублей (данные сайта nalog.superjob.ru). Очевидно, что средства «материального стимулирования» — единственная причина работать на такой должности. Чтобы получить премию, налоговик должен выполнить план по недоимкам. И эти цифры спускаются ему «сверху». По информации журнала «Главбух», в 2009 году в отношении инспекторов, доначисливших меньше миллиона рублей по итогам одной проверки, даже применялись меры вплоть до служебного расследования.
«У нас очень странная система. Сначала Минэкономразвития делает прогноз, каким будет развитие экономики в следующем году. Условно, пусть это будет 1%. Затем Минфин «накладывает» налоговое законодательство на прогноз и говорит, я подчеркиваю, условно — при росте экономики 10% налоговые поступления увеличатся на 1 млрд рублей, — объясняет Орлов. — А потом эта цифра, 1 млрд рублей, разбрасывается по региональным управлениям. Грубо говоря, Москва должна дать на 200 млн больше, чем в прошлом году, Тюмень — на 100 и т. д. То есть каждая инспекция получает конкретное задание. Трагедия в том, что, если сумма не набегает, причин может быть две: либо инспекторы плохо поработали, либо Минэкономразвития и Минфин допустили ошибки в расчетах, сделали ошибочный прогноз. Но вторая версия никогда не рассматривается: в недоборе налогов всегда винована налоговая служба».
На этом фоне предложение налоговиков о «джентльменском» соглашении выглядит вполне дружелюбно. Ведь если компания откажется, инспекторы все равно взыщут эти деньги, пусть даже потребуется придумать какие-то мнимые нарушения. Как рассказывают налоговые адвокаты, в последнее время в ходу формулировка «экономически необоснованные расходы». Это значит, ревизоры отказываются признавать затратами покупку заводом оборудования за границей на том основании, что в России аналогичное оборудование можно было приобрести дешевле. «Если инспекторы предложили договориться и сумма адекватная, очевидно, что налогоплательщик изберет именно этот путь. Если речь о сумме в пределах 3-5 млн рублей, на мой взгляд, лучше согласиться, — продолжает Орлов. — «Пустыми» налоговики все равно не уйдут, а даже несправедливое решение придется долгие месяцы оспаривать в суде».
Инспекторы не боятся писать в акте самые нелепые основания, поскольку дальнейшая отмена решения судом уже практически не повлияет на их зарплату. Арбитраж может тянуться до полутора-двух лет. И если налоговики успеют взыскать деньги (у них есть право делать это до решения суда, после проверки в бесспорном порядке по инкассовому поручению в банк), до окончания судебного процесса компания может просто «не дожить», обанкротившись.
Однако, несмотря на все доводы, некоторые бизнесмены принципиально не соглашаются на подобные схемы. Владимиру, главбуху небольшой подмосковной компании в сфере строительства, предложили «потерять» счета-фактуры, то есть отказаться от вычета по НДС, на сумму немного больше миллиона рублей. Он категорически отказался. Инспекторы обиделись, обвинили компанию в «нелепых», как говорит Владимир, правонарушениях и попытались доначислить почти три миллиона. Сейчас идет суд. Такие случаи единичны…
14.04.2010